Ну не наивна ли попытка описать бесконечность окончательными формулами? Конечно, наивна. А ещё — бесполезна и бессмысленна.
Но.
Три кита — и три тупика
Религия опирается на неподвижные догмы. За ними она ничего не видит: там она слепа, глуха и совершенно беспомощна.
Наука спряталась за железобетонными законами и оттуда пытается убедить всех в своей правоте. Получается только на время — да и то, всегда с оговорками.
Философия, конечно же, более подвижна в своих ментальных построениях, но, увы, совершенно беспомощна вне логики, которую почему-то считает единственным достойным инструментом познания мира.
Что остаётся? Свободный и безудержный полёт разума. Только и здесь нас ждут проблемы: в полёте ничего не построишь. А при отсутствии такого навыка скоро и летать станет не на чем.
Так что же? Отчаяние и безысходность?
Конечно, нет.
Выход есть — и он изящен
Выход одновременно изящен (снимает все противоречия) и привлекателен для носителя любой точки зрения.
Необходимо, во-первых, признать естественные недостатки своего ограниченного взгляда на безграничную реальность, а во-вторых — допустить ограниченную, но правоту любой иной точки зрения.
Если мне сложно принять религиозную парадигму в сфере научного описания мира — это не проблема тяжеловесной религии. Это проблема науки, превращённой в догмат.
А если выводы науки не вызывают во мне ничего, кроме отвращения и глубокого возмущения, заставляя всё глубже погружаться в догмы и ритуалы, — то это не проблема науки. Это проблема религии, выродившейся до полного отрицания мира, светом для которого она, вроде как, должна была стать.
Философия — арбитр или ещё один голос?
Честная философия остаётся несколько отстранённой как от науки, так и от религии, претендуя на роль согласующей среды для обоих оппонентов. Однако, лишённая возможности иного, чем человеческий, взгляда на реальность, она больше похожа на арбитра, знающего только один вид спорта. А если арбитр в футболе попытается судить гимнастов — ничего достойного из этого не выйдет.
Единственный выход — признание ограниченности
Так что единственным выходом из оглушающей разноголосицы, царящей на нашей запутавшейся планете, становится мужественное признание ограниченности любой существующей точки зрения — в совершенно любой сфере нашей жизни.
Чтобы из существующего хаоса возникло нечто упорядоченное, для начала нужно успокоить участников хора. В наших условиях — это простой отказ от ведущей роли со стороны любой религии, любой научной школы или любой философской школы мысли.
Несомненных лидеров нет. Да и быть не может: любое лидерство пронизано человеческой ограниченностью, жаждой превосходства и агрессией. Всё это характерно для животной формы жизни — и мы здесь почти ничем не отличаемся от животных. А животное безусловным лидером быть не может, ибо это более низкая форма жизни, чем человек.
Тогда что? Должна воцариться абсолютная анархия?
Совсем наоборот.
Свобода без отрицания
Признание концептуальной ограниченности открывает нам бесконечные возможности развития и полную свободу выбора для каждого из нас. Причём такой выбор происходит без обычного сопутствующего отрицания. Выбор одной точки зрения не приводит к подавлению иной — в силу динамичности и изменчивости обеих.
Всё дело в том, что отсутствие догматического, научного или философского давления, отсутствие жёстких и авторитарных конструкций обеспечивает нам возможность комфортного выбора любого уровня, любой степени взаимодействия с существующими системами планетарной мысли.
Мы можем выбирать всё, что в данный момент и в данном состоянии обеспечивает нам наивысший уровень комфорта — индивидуального, социального, ментального, культурного или иного. А поскольку мы существа неизбежно и постоянно растущие, изменяющиеся, то и комфортной для нас станет только динамичная реальность — особенно та, динамику которой мы выбираем сами.
Сторонники же того или иного метода взаимодействия с реальностью всегда будут для нас мудрыми советниками, интересными собеседниками и, может быть, даже учителями — если продолжают расти в выбранной области самореализации, будь то религия, наука, философия или любые иные устремления. Учителями, которые всегда остаются учениками. А связь с растущим учителем — это высшее наслаждение жизни, причём на любом из её уровней.
Ответственный выбор — основа насыщенной жизни
Именно выбор — ответственный (нацеленный на результат) и самостоятельный (иначе не возникнет ощущения комфорта, ибо под давлением всё только портится) — обеспечивает нам насыщенную и радостную жизнь. Именно в результате такого выбора мы можем оставаться постоянно растущими и развивающимися.
Кроме того, осознание ограниченности любой школы планетарной мысли открывает возможности бесконечного развития для любой такой системы:
- Религия после признания своей ограниченности обретает возможность роста и всё большего соответствия реальности бесконечного во всех смыслах Создателя.
- Наука получает возможность свободного поиска новых закономерностей материального мира, уходя от жёстких и со временем всё более наивных исходных гипотез, формирующих определённую — а значит, заведомо ошибочную — картину мира.
- Философия обретает возможность взаимодействия с концепциями и идеями, непостижимыми временно или в принципе, оставляя логику в качестве надёжного и испытанного, но всего лишь одного из возможных методов исследования и согласования доступной реальности.
Объёмный разум
А разум может одновременно проявлять себя:
- в области жёстких фактов, где рождаются однозначные взаимосвязи и понятные всем закономерности;
- и в области живой и подвижной истины, где восприятие реальности всегда уникально и отлично от восприятия любого другого индивидуального разума.
Так разум обретает одновременно устойчивость материальной реальности и свободу сверхматериальных реалий, становясь объёмным, чутким и отзывчивым к любым устремлениям человека.
Вот что получается в результате отказа от наивности окончательных представлений. И неужели такой отказ от ошибочных — в силу своей неподвижности — представлений не стоит того, чтобы появился ответственный, свободный, разносторонний и устремлённый к непостижимости человек?
Это Путь.
Что делать с системным подходом? Как избежать «порхания по верхам»?
При отсутствии чёткой и определённой последовательности действий под вопрос ставится достижимость каких-либо результатов. Зачем проявлять упорство в каком-либо направлении, если результат всё равно окажется преходящим, а к окончательным выводам прийти невозможно в принципе?
На первый взгляд, такой вопрос не лишён смысла. Однако это всё равно что усомниться в смысле потребления воды или пищи, заранее зная, что на всю жизнь за раз никогда не наешься и не напьёшься. Более того: после употребления одного всегда захочется другого.
Мы пробуем разное, но в целом решаем одну и ту же задачу — поддержания работоспособности собственного тела. Средства достижения различны, а результат в виде роста и развития остаётся неизменным.
Разнообразие как питание разума
Нечто подобное происходит и на уровне взаимодействия с идеями, умозаключениями и убеждениями. Мы можем и должны «питаться» различными подходами к реальности, но было бы наивно ограничивать наше восприятие бесконечности определённым и фиксированным набором инструментов. Всё равно что всю жизнь есть один продукт, зная и имея возможность пробовать всё остальное. Такая жизнь быстро превращается в бесконечную и заведомо проигрышную борьбу с самим собой. Зачем? Не лучше ли, наоборот, постоянно раскрывать для себя бесконечные оттенки потрясающего разнообразия окружающей нас реальности?
Чтобы не оказаться в воронке однообразия, необходимо такое однообразие пробовать. Самый простой способ различения света — это пресыщение окружающей тьмой. Звёзды лучше всего видны из глубин эмпирических колодцев, а не с горных вершин. В первом случае мы видим их постоянно, во втором — только ночью. И вот такое стремление к свету и обеспечивает нам вечный движитель.