Подкасты

Нам сложно жить без опоры. Человеческие убеждения всегда вырастают из предшествующего опыта, традиций и ошибок. Тем более, опору должна иметь вера. Чтобы верить «во что-то», сначала нужно научиться верить «потому что». Например потому, что так принято, так правильно, так верили до нас, так верят в моем народе, моей семье и так далее. Мы верим (или не верим), потому что наша вера (или неверие) соответствуют некоторым критериям правильной жизни в данном месте и в данное время. Такая вера, обращенная только в прошлое, где и находит себе опору, не может существовать без базовых положений. Заповеди, законы и догмы и образуют структуру, вокруг которой и строится последующая жизнь верующего, если он принимает такие установки или неверующего, если он такую структуру по тем или иным причинам считает либо несостоятельной, либо ущербной.

Ценность догматов не в их предполагаемой истинности или непогрешимости (хотя любой апологет догматики будет утверждать именно это), а в том, что они создают удобство. Догматическая вера комфортна, ибо в ней все определено, ничего самостоятельно придумывать не нужно, более того — это опасно, ибо чревато уходом в так называемые ереси, которые отвлекают от строгих догматических установок, размывают их ценность как богоданного феномена и плодят сомнения. Догмы служат надежной опорой слабому и ленивому человеку, не умеющему самостоятельно думать и чуждого самого пленительного из всех доступных человеку дерзаний — самостоятельного поиска Бога в собственной душе, без обращения к застывшим, а часто и изжившим себя воззрениям прошлых эпох, когда зарождались те или иные, якобы незыблемые и Богом данные, догмы.

«Ценность догматов не в их предполагаемой истинности или непогрешимости, а в том, что они создают удобство».
Нам сложно жить без опоры. Человеческие убеждения всегда вырастают из предшествующего опыта, традиций и ошибок. Тем более, опору должна иметь вера. Чтобы верить «во что-то», сначала нужно научиться верить «потому что». Например потому, что так принято, так правильно, так верили до нас, так верят в моем народе, моей семье и так далее. Мы верим (или не верим), потому что наша вера (или неверие) соответствуют некоторым критериям правильной жизни в данном месте и в данное время. Такая вера, обращенная только в прошлое, где и находит себе опору, не может существовать без базовых положений. Заповеди, законы и догмы и образуют структуру, вокруг которой и строится последующая жизнь верующего, если он принимает такие установки или неверующего, если он такую структуру по тем или иным причинам считает либо несостоятельной, либо ущербной.

Ценность догматов не в их предполагаемой истинности или непогрешимости (хотя любой апологет догматики будет утверждать именно это), а в том, что они создают удобство. Догматическая вера комфортна, ибо в ней все определено, ничего самостоятельно придумывать не нужно, более того — это опасно, ибо чревато уходом в так называемые ереси, которые отвлекают от строгих догматических установок, размывают их ценность как богоданного феномена и плодят сомнения. Догмы служат надежной опорой слабому и ленивому человеку, не умеющему самостоятельно думать и чуждого самого пленительного из всех доступных человеку дерзаний — самостоятельного поиска Бога в собственной душе, без обращения к застывшим, а часто и изжившим себя воззрениям прошлых эпох, когда зарождались те или иные, якобы незыблемые и Богом данные, догмы.

«Догмы служат надежной опорой слабому и ленивому человеку».