134 Переходные годы

(The Transition Years)

[134:0.1] DURING the Mediterranean journey Jesus had carefully studied the people he met and the countries through which he passed, and at about this time he reached his final decision as to the remainder of his life on earth. He had fully considered and now finally approved the plan which provided that he be born of Jewish parents in Palestine, and he therefore deliberately returned to Galilee to await the beginning of his lifework as a public teacher of truth; he began to lay plans for a public career in the land of his father Joseph’s people, and he did this of his own free will.
ПУТЕШЕСТВУЯ по Средиземноморью, Иисус внимательно изучал людей, с которыми встречался, и страны, через которые проходил, и примерно в это же время он пришёл к окончательному решению относительно остатка своей жизни на земле. Он всесторонне рассмотрел – и теперь полностью одобрил – замысел, согласно которому был рождён от еврейских родителей в Палестине; и поэтому он намеренно вернулся в Галилею, чтобы дождаться начала главного дела своей жизни – стать публичным учителем истины. Он начал готовиться к общественному служению на земле, населённой народом его отца Иосифа, и он сделал это по своей собственной свободной воле.
[134:0.2] Jesus had found out through personal and human experience that Palestine was the best place in all the Roman world wherein to set forth the closing chapters, and to enact the final scenes, of his life on earth. For the first time he became fully satisfied with the program of openly manifesting his true nature and of revealing his divine identity among the Jews and gentiles of his native Palestine. He definitely decided to finish his life on earth and to complete his career of mortal existence in the same land in which he entered the human experience as a helpless babe. His Urantia career began among the Jews in Palestine, and he chose to terminate his life in Palestine and among the Jews.
На своём личном и человеческом опыте Иисус обнаружил, что во всём римском мире Палестина была наилучшим местом для того, чтобы перевернуть последние страницы и разыграть заключительные сцены своей жизни на земле. Впервые он был полностью удовлетворён планом открытого проявления своей истинной сущности и раскрытия своей божественной идентичности среди евреев и язычников родной Палестины. Он определённо решил закончить свою жизнь на земле и завершить своё смертное существование на той же земле, где он начал обретать человеческий опыт в виде беспомощного дитя. Его урантийский путь начался среди евреев в Палестине, и он решил завершить свою жизнь в Палестине и среди евреев.

1. THE THIRTIETH YEAR (A.D. 24) 

1. ТРИДЦАТЫЙ ГОД (24 ГОД Н. Э.)

[134:1.1] After taking leave of Gonod and Ganid at Charax (in December of A.D. 23), Jesus returned by way of Ur to Babylon, where he joined a desert caravan that was on its way to Damascus. From Damascus he went to Nazareth, stopping only a few hours at Capernaum, where he paused to call on Zebedee’s family. There he met his brother James, who had sometime previously come over to work in his place in Zebedee’s boatshop. After talking with James and Jude (who also chanced to be in Capernaum) and after turning over to his brother James the little house which John Zebedee had managed to buy, Jesus went on to Nazareth.
Расставшись с Гонодом и Ганидом в Хараксе (в декабре 23 года н.э.), Иисус через Ур вернулся в Вавилон, где примкнул к каравану, направлявшемуся через пустыню в Дамаск. Из Дамаска он отправился в Назарет, задержавшись всего на несколько часов в Капернауме, чтобы повидаться с семьёй Зеведея. Здесь он встретил своего брата Иакова, который ранее переселился в Капернаум для работы на его месте в лодочной мастерской Зеведея. Поговорив с Иаковом и Иудой (также оказавшимся в Капернауме) и передав своему брату Иакову небольшой дом, который удалось приобрести Иоанну Зеведею, Иисус продолжил путь в Назарет.
[134:1.2] At the end of his Mediterranean journey Jesus had received sufficient money to meet his living expenses almost up to the time of the beginning of his public ministry. But aside from Zebedee of Capernaum and the people whom he met on this extraordinary trip, the world never knew that he made this journey. His family always believed that he spent this time in study at Alexandria. Jesus never confirmed these beliefs, neither did he make open denial of such misunderstandings.
По окончании путешествия по Средиземноморью Иисус получил достаточно денег, которых хватило для покрытия расходов почти до начала его общественного служения. Однако кроме Зеведея из Капернаума, а также тех людей, которых он встретил во время этой необыкновенной поездки, мир так никогда и не узнал о его путешествии. Его семья всегда считала, что он потратил это время на учёбу в Александрии. Иисус никогда не подтверждал этих предположений, но и не опровергал открыто подобных недоразумений.
[134:1.3] During his stay of a few weeks at Nazareth, Jesus visited with his family and friends, spent some time at the repair shop with his brother Joseph, but devoted most of his attention to Mary and Ruth. Ruth was then nearly fifteen years old, and this was Jesus’ first opportunity to have long talks with her since she had become a young woman.
За те несколько недель, которые Иисус провёл в Назарете, он навестил свою семью, друзей и провёл некоторое время в ремонтной мастерской со своим братом Иосифом, но больше всего внимания он уделил Марии и Руфи. В то время Руфи было уже почти пятнадцать лет, и это было первой для Иисуса возможностью обстоятельно побеседовать с ней, ведь за это время она превратилась в молодую женщину.
[134:1.4] Both Simon and Jude had for some time wanted to get married, but they had disliked to do this without Jesus’ consent; accordingly they had postponed these events, hoping for their eldest brother’s return. Though they all regarded James as the head of the family in most matters, when it came to getting married, they wanted the blessing of Jesus. So Simon and Jude were married at a double wedding in early March of this year, A.D. 24. All the older children were now married; only Ruth, the youngest, remained at home with Mary.
Как Симон, так и Иуда уже подумывали о женитьбе, но они не хотели делать этого без согласия Иисуса; поэтому они отложили свои планы, ожидая возвращения старшего брата. В большинстве вопросов главой семьи единодушно считался Иаков, однако прежде, чем жениться, им хотелось получить благословение Иисуса. Поэтому Симон и Иуда сыграли двойную свадьбу в начале марта этого года – 24 года н.э. Теперь уже все старшие дети были женаты или замужем, только самая младшая – Руфь – оставалась дома с Марией.
[134:1.5] Jesus visited with the individual members of his family quite normally and naturally, but when they were all together, he had so little to say that they remarked about it among themselves. Mary especially was disconcerted by this unusually peculiar behavior of her first-born son.
Иисус вполне нормально и естественно общался с отдельными членами своей семьи, но когда они собирались все вместе, он становился столь неразговорчивым, что они говорили об этом между собой. Больше других необычное поведение первенца приводило в замешательство Марию.
[134:1.6] About the time Jesus was preparing to leave Nazareth, the conductor of a large caravan which was passing through the city was taken violently ill, and Jesus, being a linguist, volunteered to take his place. Since this trip would necessitate his absence for a year, and inasmuch as all his brothers were married and his mother was living at home with Ruth, Jesus called a family conference at which he proposed that his mother and Ruth go to Capernaum to live in the home which he had so recently given to James. Accordingly, a few days after Jesus left with the caravan, Mary and Ruth moved to Capernaum, where they lived for the rest of Mary’s life in the home that Jesus had provided. Joseph and his family moved into the old Nazareth home.
Примерно в то же время, когда Иисус готовился покинуть Назарет, проводник большого каравана, проходившего через город, тяжело заболел, и Иисус – как человек, знающий иностранные языки, – предложил свои услуги. Ввиду того, что на путешествие должен был уйти целый год, а также поскольку все его братья были женаты и его мать жила с Руфью, Иисус собрал семейный совет, на котором предложил, чтобы его мать и Руфь отправились в Капернаум и поселились в доме, лишь недавно переданном Иакову. В соответствии с этим, через несколько дней после отбытия Иисуса с караваном, Мария и Руфь перебрались в Капернаум, где до самой смерти Марии жили в предоставленном Иисусом доме. Иосиф со своей семьёй перебрался в старый назаретский дом.
[134:1.7] This was one of the more unusual years in the inner experience of the Son of Man; great progress was made in effecting working harmony between his human mind and the indwelling Adjuster. The Adjuster had been actively engaged in reorganizing the thinking and in rehearsing the mind for the great events which were in the not then distant future. The personality of Jesus was preparing for his great change in attitude toward the world. These were the in-between times, the transition stage of that being who began life as God appearing as man, and who was now making ready to complete his earth career as man appearing as God.
Этот год был одним из самых необычных для внутреннего опыта Сына Человеческого; он добился огромных успехов в достижении гармоничных взаимоотношений между человеческим разумом и внутренним Настройщиком. Настройщик принимал активное участие в реорганизации мышления и подготовке разума к великим событиям близкого будущего. Личность Иисуса готовилась к огромной перемене в его отношении к миру. Это был промежуточный период – переходной этап – для того существа, который начал свою жизнь в качестве Бога, представшего человеком, и теперь готовился к завершению своего земного пути в качестве человека, представшего Богом.

2. THE CARAVAN TRIP TO THE CASPIAN

2. ПУТЕШЕСТВИЕ С КАРАВАНОМ К КАСПИЮ

[134:2.1] It was the first of April, A.D. 24, when Jesus left Nazareth on the caravan trip to the Caspian Sea region. The caravan which Jesus joined as its conductor was going from Jerusalem by way of Damascus and Lake Urmia through Assyria, Media, and Parthia to the southeastern Caspian Sea region. It was a full year before he returned from this journey.
Первого апреля 24 года н.э. Иисус покинул Назарет, отправившись с караваном в район Каспийского моря. Караван, проводником которого стал Иисус, направлялся из Иерусалима через Дамаск, озеро Урмия и далее – через Ассирию, Мидию и Парфию – в район юго-восточного Каспия. Прошёл целый год, прежде чем он вернулся из этого путешествия.
[134:2.2] For Jesus this caravan trip was another adventure of exploration and personal ministry. He had an interesting experience with his caravan family – passengers, guards, and camel drivers. Scores of men, women, and children residing along the route followed by the caravan lived richer lives as a result of their contact with Jesus, to them, the extraordinary conductor of a commonplace caravan. Not all who enjoyed these occasions of his personal ministry profited thereby, but the vast majority of those who met and talked with him were made better for the remainder of their natural lives.
Для Иисуса этот поход с караваном стал очередной исследовательской экспедицией и опытом личного служения. Ему было интересно общаться со своим караванным семейством – пассажирами, охранниками и погонщиками верблюдов. Множество мужчин, женщин и детей, встретившихся ему по пути следования каравана, начали жить более богатой жизнью в результате общения с Иисусом, который являлся для них необычным проводником обычного каравана. Не всем, кому довелось испытать на себе его личную опеку, она пошла на пользу, однако абсолютное большинство тех, с кем он встречался и беседовал, изменялись к лучшему и оставались таковыми до конца своей жизни во плоти.
[134:2.3] Of all his world travels this Caspian Sea trip carried Jesus nearest to the Orient and enabled him to gain a better understanding of the Far-Eastern peoples. He made intimate and personal contact with every one of the surviving races of Urantia excepting the red. He equally enjoyed his personal ministry to each of these varied races and blended peoples, and all of them were receptive to the living truth which he brought them. The Europeans from the Far West and the Asiatics from the Far East alike gave attention to his words of hope and eternal life and were equally influenced by the life of loving service and spiritual ministry which he so graciously lived among them.
Из всех его странствий по миру путешествие к Каспийскому морю больше других приблизило Иисуса к Востоку и позволило ему лучше понять народы Дальнего Востока. Он близко и лично познакомился со всеми сохранившимися урантийскими расами, за исключением красной. Он получал одинаковое удовлетворение от личной опеки каждой из этих различных рас и смешанных народов, и все они были восприимчивы к живой истине, которую он принёс им. Как европейцы далеко на западе, так и азиаты Дальнего Востока внимали его словам надежды и вечной жизни; как те, так и другие испытали на себе влияние его жизни, столь благотворно прожитой среди них в любвеобильном служении и духовной опеке.

[134:2.4] The caravan trip was successful in every way. This was a most interesting episode in the human life of Jesus, for he functioned during this year in an executive capacity, being responsible for the material intrusted to his charge and for the safe conduct of the travelers making up the caravan party. And he most faithfully, efficiently, and wisely discharged his multiple duties.
Путешествие с караваном было успешным во всех отношениях. Это был наиболее интересный эпизод человеческой жизни Иисуса, ибо в течение этого года он действовал в качестве руководителя, отвечая за вверенные ему грузы и благополучие путешественников, составлявших караванную партию. И он предельно добросовестно, умело и мудро справлялся со всеми своими многочисленными обязанностями.
[134:2.5] On the return from the Caspian region, Jesus gave up the direction of the caravan at Lake Urmia, where he tarried for slightly over two weeks. He returned as a passenger with a later caravan to Damascus, where the owners of the camels besought him to remain in their service. Declining this offer, he journeyed on with the caravan train to Capernaum, arriving the first of April, A.D. 25. No longer did he regard Nazareth as his home. Capernaum had become the home of Jesus, James, Mary, and Ruth. But Jesus never again lived with his family; when in Capernaum he made his home with the Zebedees.
Иисус сложил с себя полномочия проводника каравана при возвращении из района Каспия, у озера Урмия, где он пробыл чуть более двух недель. Он вернулся в качестве пассажира с одним из последующих караванов в Дамаск, где владельцы верблюдов упрашивали его остаться у них на службе. Отклонив это предложение, он добрался с караваном до Капернаума, куда прибыл 1 апреля 25 года н.э. Он более не считал Назарет своим домом. Капернаум стал домом для Иисуса, Иакова, Марии и Руфи. Однако Иисус уже больше никогда не жил со своей семьёй; находясь в Капернауме, он останавливался у Зеведеев.

3. THE URMIA LECTURES

3. УРМСКИЕ ЛЕКЦИИ

[134:3.1] On the way to the Caspian Sea, Jesus had stopped several days for rest and recuperation at the old Persian city of Urmia on the western shores of Lake Urmia. On the largest of a group of islands situated a short distance offshore near Urmia was located a large building – a lecture amphitheater – dedicated to the «spirit of religion.» This structure was really a temple of the philosophy of religions.
На пути к Каспийскому морю Иисус на несколько дней остановился для отдыха и восстановления сил в древнем персидском городе Урмии, стоявшем на западном берегу озера Урмия. В этом месте, на небольшом расстоянии от берега, находилась группа островов, на крупнейшем из которых стояло большое здание – лекционный амфитеатр, предназначенный для «духа религии». И в самом деле, это строение воистину являлось храмом философии религий.
[134:3.2] This temple of religion had been built by a wealthy merchant citizen of Urmia and his three sons. This man was Cymboyton, and he numbered among his ancestors many diverse peoples.
Этот храм религии был построен богатым торговцем, гражданином Урмии и его тремя сыновьями. Человека этого звали Кимбойтон, и среди его предков были представители многих народов.
[134:3.3] The lectures and discussions in this school of religion began at 10:00 o’clock every morning in the week. The afternoon sessions started at 3:00 o’clock, and the evening debates opened at 8:00 o’clock. Cymboyton or one of his three sons always presided at these sessions of teaching, discussion, and debate. The founder of this unique school of religions lived and died without ever revealing his personal religious beliefs.
Лекции и дискуссии в этой школе религии начинались ежедневно в 10 часов утра. Послеполуденные занятия начинались в 3 часа, а вечерние дебаты открывались в 8 часов. Кимбойтон или один из его трёх сыновей всегда возглавляли эти собрания, проходившие в форме обучения, дискуссии или диспута. Основатель этой уникальной школы религий жил и умер, так и не раскрыв своих собственных религиозных убеждений.
[134:3.4] On several occasions Jesus participated in these discussions, and before he left Urmia, Cymboyton arranged with Jesus to sojourn with them for two weeks on his return trip and give twenty-four lectures on «The Brotherhood of Men,» and to conduct twelve evening sessions of questions, discussions, and debates on his lectures in particular and on the brotherhood of men in general.
Иисус несколько раз принимал участие в этих дискуссиях, и перед тем, как он покинул Урмию, Кимбойтон договорился с ним, что на обратном пути он задержится на две недели и прочитает цикл из двадцати четырёх лекций о «Братстве людей», а также проведёт двенадцать вечерних занятий в форме ответов на вопросы, обсуждений и диспутов по содержанию его лекций в частности и по теме братства людей вообще.
[134:3.5] In accordance with this arrangement, Jesus stopped off on the return trip and delivered these lectures. This was the most systematic and formal of all the Master’s teaching on Urantia. Never before or after did he say so much on one subject as was contained in these lectures and discussions on the brotherhood of men. In reality these lectures were on the «Kingdom of God» and the «Kingdoms of Men.»
В соответствии с этой договорённостью, на обратном пути Иисус сделал остановку и прочитал курс этих лекций. Из всех учений Иисуса на Урантии этот курс отличался наибольшей систематичностью и стройностью. Никогда – ни до, ни после этого – он не уделял такого внимания одной теме, как на этих лекциях и беседах о братстве людей. Темами этих лекций были «Царство Бога» и «Царства людей».
[134:3.6] More than thirty religions and religious cults were represented on the faculty of this temple of religious philosophy. These teachers were chosen, supported, and fully accredited by their respective religious groups. At this time there were about seventy-five teachers on the faculty, and they lived in cottages each accommodating about a dozen persons. Every new moon these groups were changed by the casting of lots. Intolerance, a contentious spirit, or any other disposition to interfere with the smooth running of the community would bring about the prompt and summary dismissal of the offending teacher. He would be unceremoniously dismissed, and his alternate in waiting would be immediately installed in his place.
Среди преподавателей этого храма религиозной философии были представители более тридцати религий и религиозных культов. Эти учителя выбирались, поддерживались и облекались полномочиями соответствующими религиозными группами. В то время в штат преподавателей входило около семидесяти пяти учителей. Они жили в коттеджах, вмещавших примерно по двенадцать человек. Каждое новолуние эти группы заменялись по жребию. Нетерпимость, дух соперничества или что-либо иное, мешающее спокойному управлению общиной, приводили к решительному и безотлагательному увольнению виновного учителя. Без лишних церемоний он освобождался от работы, а его место сразу же занимал ждущий своей очереди преподаватель.
[134:3.7] These teachers of the various religions made a great effort to show how similar their religions were in regard to the fundamental things of this life and the next. There was but one doctrine which had to be accepted in order to gain a seat on this faculty – every teacher must represent a religion which recognized God – some sort of supreme Deity. There were five independent teachers on the faculty who did not represent any organized religion, and it was as such an independent teacher that Jesus appeared before them.
Эти учителя различных религий предпринимали огромные усилия, чтобы показать, сколь схожими были их религии в отношении фундаментальных понятий этой и последующей жизни. Для того чтобы стать преподавателем, требовалось признание только одной доктрины: каждый учитель должен был представлять религию, признающую Бога – некоторый тип высшего Божества. Среди преподавателей было пять независимых учителей, не представлявших какую-либо из организованных религий и именно в качестве такого независимого учителя и предстал перед ними Иисус.

[134:3.8] [When we, the midwayers, first prepared the summary of Jesus’ teachings at Urmia, there arose a disagreement between the seraphim of the churches and the seraphim of progress as to the wisdom of including these teachings in the Urantia Revelation. Conditions of the twentieth century, prevailing in both religion and human governments, are so different from those prevailing in Jesus’ day that it was indeed difficult to adapt the Master’s teachings at Urmia to the problems of the kingdom of God and the kingdoms of men as these world functions are existent in the twentieth century. We were never able to formulate a statement of the Master’s teachings which was acceptable to both groups of these seraphim of planetary government. Finally, the Melchizedek chairman of the revelatory commission appointed a commission of three of our number to prepare our view of the Master’s Urmia teachings as adapted to twentieth-century religious and political conditions on Urantia. Accordingly, we three secondary midwayers completed such an adaptation of Jesus’ teachings, restating his pronouncements as we would apply them to present-day world conditions, and we now present these statements as they stand after having been edited by the Melchizedek chairman of the revelatory commission.]
[Когда мы, промежуточные создания, впервые подготовили краткое изложение учений Иисуса в Урмии, между серафимами церквей и серафимами прогресса возникло разногласие относительно благоразумности включения этих учений в Урантийское Откровение. В двадцатом веке преобладающие условия как в религии, так и в формах правления людей настолько отличаются от условий эпохи Иисуса, что адаптация доктрин Учителя в Урмии к проблемам Царства Бога и царств людей как общемировым функциям в двадцатом веке оказалась непростой задачей. Мы так и не смогли сформулировать изложение доктрин Учителя, которое удовлетворяло бы обе группы серафим планетарного правительства. Наконец, Мелхиседек – председатель комиссии откровения – назначил комиссию из трёх членов нашей категории для изложения нашего взгляда на урмские лекции Учителя, видоизменённые применительно к религиозным и политическим условиям Урантии двадцатого века. В соответствии с этим, мы – три вторичных промежуточных создания – подготовили адаптированный вариант учений Иисуса, перефразировав его высказывания так, как, по нашему мнению, они могли бы выглядеть с учётом современных условий. И теперь мы предлагаем эти положения в редакции Мелхиседека – председателя комиссии откровения.]

4. SOVEREIGNTY – DIVINE AND HUMAN

4. ПОЛНОВЛАСТИЕ – БОЖЕСТВЕННОЕ И ЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ

[134:4.1] The brotherhood of men is founded on the fatherhood of God. The family of God is derived from the love of God – God is love. God the Father divinely loves his children, all of them.
Братство людей основано на отцовстве Бога. Семья Бога есть следствие любви Бога – Бог есть любовь. Бог-Отец божественно любит своих детей, всех без исключения.
[134:4.2] The kingdom of heaven, the divine government, is founded on the fact of divine sovereignty – God is spirit. Since God is spirit, this kingdom is spiritual. The kingdom of heaven is neither material nor merely intellectual; it is a spiritual relationship between God and man.
Царство небесное, божественное правление, основано на факте божественного полновластия – Бог есть дух. Поскольку Бог есть дух, это царство является духовным. Царство небесное не является ни материальным, ни всего лишь интеллектуальным; оно представляет собой духовное взаимоотношение между Богом и человеком.
[134:4.3] If different religions recognize the spirit sovereignty of God the Father, then will all such religions remain at peace. Only when one religion assumes that it is in some way superior to all others, and that it possesses exclusive authority over other religions, will such a religion presume to be intolerant of other religions or dare to persecute other religious believers.
Если различные религии осознают духовное полновластие Бога-Отца, то все такие религии пребывают в мире. Только тогда, когда одна религия предполагает, что в чём-то превосходит все остальные и обладает исключительной властью над другими религиями, она становится нетерпимой по отношению к другим религиям и даже смеет преследовать иноверцев.
[134:4.4] Religious peace – brotherhood – can never exist unless all religions are willing to completely divest themselves of all ecclesiastical authority and fully surrender all concept of spiritual sovereignty. God alone is spirit sovereign.
Религиозный мир – братство – наступит только тогда, когда все религии добровольно сложат с себя всю церковную власть и полностью оставят все притязания на духовное полновластие. Только Бог является духовным властелином.
[134:4.5] You cannot have equality among religions (religious liberty) without having religious wars unless all religions consent to the transfer of all religious sovereignty to some superhuman level, to God himself.
Невозможно достичь равенства религий (религиозной свободы) без религиозных войн, если только все религии не согласятся передать всё религиозное полновластие на некоторый сверхчеловеческий уровень, то есть самому Богу.
[134:4.6] The kingdom of heaven in the hearts of men will create religious unity (not necessarily uniformity) because any and all religious groups composed of such religious believers will be free from all notions of ecclesiastical authority – religious sovereignty.
Царство небесное в сердцах людей создаст религиозное единство (не обязательно единообразие), ибо любая и все религиозные группы, состоящие из таких верующих, будут свободны от любых мнений церковных властей – религиозного полновластия.
[134:4.7] God is spirit, and God gives a fragment of his spirit self to dwell in the heart of man. Spiritually, all men are equal. The kingdom of heaven is free from castes, classes, social levels, and economic groups. You are all brethren.
Бог есть дух, и Бог даёт фрагмент своего духа для вселения в сердце человека. В духовном отношении все люди равны. Царство небесное не знает каст, классов, социальных уровней и экономических групп. Все вы – братья.
[134:4.8] But the moment you lose sight of the spirit sovereignty of God the Father, some one religion will begin to assert its superiority over other religions; and then, instead of peace on earth and good will among men, there will start dissensions, recriminations, even religious wars, at least wars among religionists.
Однако, как только вы потеряете из виду духовное полновластие Бога-Отца, какая-нибудь одна религия заявит о своём превосходстве над другими; и тогда, вместо мира на земле и доброй воли среди людей, начнутся разногласия, взаимные обвинения и даже религиозные войны – во всяком случае, войны среди верующих.
[134:4.9] Freewill beings who regard themselves as equals, unless they mutually acknowledge themselves as subject to some supersovereignty, some authority over and above themselves, sooner or later are tempted to try out their ability to gain power and authority over other persons and groups. The concept of equality never brings peace except in the mutual recognition of some overcontrolling influence of supersovereignty.
Если обладающие свободной волей и считающие себя равными существа не приходят ко взаимному признанию того, что они подчиняются некоторому сверхполновластию – некоторой власти, которая над ними и превыше их, – то рано или поздно они поддаются соблазну испытать свою собственную способность обрести могущество и власть над другими людьми и группами людей. Принцип равенства обеспечивает мир только в том случае, если существует взаимное осознание некоторого сверхуправляющего влияния сверхполновластия.
[134:4.10] The Urmia religionists lived together in comparative peace and tranquillity because they had fully surrendered all their notions of religious sovereignty. Spiritually, they all believed in a sovereign God; socially, full and unchallengeable authority rested in their presiding head – Cymboyton. They well knew what would happen to any teacher who assumed to lord it over his fellow teachers. There can be no lasting religious peace on Urantia until all religious groups freely surrender all their notions of divine favor, chosen people, and religious sovereignty. Only when God the Father becomes supreme will men become religious brothers and live together in religious peace on earth.
Верующие Урмии жили вместе в относительном мире и спокойствии благодаря полному отказу от всех своих представлений о религиозном полновластии. В духовном отношении все они верили в полновластного Бога; в социальном отношении высшая и неоспоримая власть находилась в руках их главы – Кимбойтона. Они хорошо знали, что произойдёт с любым учителем, который позволит себе помыкать своими коллегами. Устойчивый религиозный мир наступит на Урантии только тогда, когда все религиозные группы добровольно откажутся от всех своих представлений о божественном покровительстве, избранном народе и религиозном полновластии. Только тогда, когда Бог-Отец становится верховным, люди становятся религиозными братьями и живут вместе в религиозном мире на земле.

5. POLITICAL SOVEREIGNTY

5. ПОЛИТИЧЕСКОЕ ПОЛНОВЛАСТИЕ

[134:5.1] [While the Master’s teaching concerning the sovereignty of God is a truth – only complicated by the subsequent appearance of the religion about him among the world’s religions – his presentations concerning political sovereignty are vastly complicated by the political evolution of nation life during the last nineteen hundred years and more. In the times of Jesus there were only two great world powers – the Roman Empire in the West and the Han Empire in the East – and these were widely separated by the Parthian kingdom and other intervening lands of the Caspian and Turkestan regions. We have, therefore, in the following presentation departed more widely from the substance of the Master’s teachings at Urmia concerning political sovereignty, at the same time attempting to depict the import of such teachings as they are applicable to the peculiarly critical stage of the evolution of political sovereignty in the twentieth century after Christ.]
[В то время как доктрины Учителя относительно полновластия Бога являются истиной – хотя и осложнённой последующим появлением среди мировых религий религии, рассказывающей о нём, – его концепции политического полновластия чрезвычайно усложнены политической эволюцией государства за последние девятнадцать с лишним столетий. Во времена Иисуса в мире существовали только две великие мировые державы – Римская империя на Западе и империя династии Хань на Востоке, отделённые обширным пространством – Парфянским царством и другими государствами каспийского и туркестанского регионов. Поэтому в следующем повествовании мы в большей степени отошли от содержания доктрин Учителя в Урмии, касавшихся политического полновластия, одновременно пытаясь показать значимость таких учений в той мере, в какой они применимы к особенно критическому этапу в эволюции политического полновластия в двадцатом веке после Христа.]

[134:5.2] War on Urantia will never end so long as nations cling to the illusive notions of unlimited national sovereignty. There are only two levels of relative sovereignty on an inhabited world: the spiritual free will of the individual mortal and the collective sovereignty of mankind as a whole. Between the level of the individual human being and the level of the total of mankind, all groupings and associations are relative, transitory, and of value only in so far as they enhance the welfare, well-being, and progress of the individual and the planetary grand total – man and mankind.
Войны на Урантии не прекратятся до тех пор, пока нации будут цепляться за призрачные представления о неограниченном национальном полновластии. На обитаемом мире существует только два уровня относительного полновластия: духовная свободная воля индивидуального смертного и совокупное полновластие человечества как целого. Между уровнем индивидуального человеческого существа и уровнем всего человечества любые объединения и ассоциации являются относительными, преходящими и имеющими ценность только в той мере, в какой они способствуют благополучию, процветанию и прогрессу индивидуума и планетарного целого – человека и человечества.
[134:5.3] Religious teachers must always remember that the spiritual sovereignty of God overrides all intervening and intermediate spiritual loyalties. Someday civil rulers will learn that the Most Highs rule in the kingdoms of men.
Религиозные учители всегда должны помнить, что духовное полновластие Бога превышает все промежуточные и переходные уровни духовных видов преданности. Когда-нибудь гражданские правители поймут, что Всевышние правят в царствах людей.
[134:5.4] This rule of the Most Highs in the kingdoms of men is not for the especial benefit of any especially favored group of mortals. There is no such thing as a «chosen people.» The rule of the Most Highs, the overcontrollers of political evolution, is a rule designed to foster the greatest good to the greatest number of all men and for the greatest length of time.
Это правление Всевышних в царствах людей осуществляется не для того, чтобы облагодетельствовать некоторую предпочтительную группу смертных. «Избранного народа» не существует. Правление Всевышних – сверхуправляющих политической эволюцией – есть правление, рассчитанное на принесение наибольшей пользы наибольшему числу всех людей в течение наиболее длительного периода времени.
[134:5.5] Sovereignty is power and it grows by organization. This growth of the organization of political power is good and proper, for it tends to encompass ever-widening segments of the total of mankind. But this same growth of political organizations creates a problem at every intervening stage between the initial and natural organization of political power – the family – and the final consummation of political growth the government of all mankind, by all mankind, and for all mankind.
Полновластие есть могущество, растущее посредством организации. Этот рост организованности политической власти является благим и нужным явлением, ибо в своей тенденции он стремится охватить всё более широкие сегменты всего человечества. Однако на каждой промежуточной стадии то же самое развитие политических организаций создаёт проблемы между изначальной и естественной организацией политической власти – семьёй – и окончательным завершением политического роста – управлением всем человечеством, с участием всего человечества и для всего человечества.
[134:5.6] Starting out with parental power in the family group, political sovereignty evolves by organization as families overlap into consanguineous clans which become united, for various reasons, into tribal units – superconsanguineous political groupings. And then, by trade, commerce, and conquest, tribes become unified as a nation, while nations themselves sometimes become unified by empire.
Начиная с власти родителей в семейной группе, политическое полновластие развивается по мере того, как семьи сливаются в единокровные кланы, которые, в силу различных причин, объединяются в племена – над-единокровные политические группы. А затем, за счёт торговли, контактов и завоеваний, племена объединяются в нацию, в то время как сами нации иногда объединяются империей.
[134:5.7] As sovereignty passes from smaller groups to larger groups, wars are lessened. That is, minor wars between smaller nations are lessened, but the potential for greater wars is increased as the nations wielding sovereignty become larger and larger. Presently, when all the world has been explored and occupied, when nations are few, strong, and powerful, when these great and supposedly sovereign nations come to touch borders, when only oceans separate them, then will the stage be set for major wars, world-wide conflicts. So-called sovereign nations cannot rub elbows without generating conflicts and eventuating wars.
По мере того, как полновластие переходит от меньших групп к большим, войны становятся всё более редкими, то есть сокращаются военные конфликты между малыми народами. Однако опасность возникновения крупных войн возрастает в процессе увеличения полновластия крупных наций. Вскоре, когда весь мир будет исследован и заселён, когда в нём останется несколько сильных и могущественных наций, когда у этих великих и предположительно полновластных государств появятся общие границы, когда их будут разделять только океаны, – тогда возникнут все условия для больших войн, всемирных конфликтов. Сосуществование так называемых полновластных государств не может не порождать конфликты и войны.
[134:5.8] The difficulty in the evolution of political sovereignty from the family to all mankind, lies in the inertia-resistance exhibited on all intervening levels. Families have, on occasion, defied their clan, while clans and tribes have often been subversive of the sovereignty of the territorial state. Each new and forward evolution of political sovereignty is (and has always been) embarrassed and hampered by the «scaffolding stages» of the previous developments in political organization. And this is true because human loyalties, once mobilized, are hard to change. The same loyalty which makes possible the evolution of the tribe, makes difficult the evolution of the supertribe – the territorial state. And the same loyalty (patriotism) which makes possible the evolution of the territorial state, vastly complicates the evolutionary development of the government of all mankind.
Трудность эволюции политического полновластия от уровня семьи до уровня всего человечества заключается в том сопротивлении, которое оказывает инерция, проявляющаяся на всех промежуточных уровнях. Семьи порой бросали вызов своим кланам, а действия кланов и племён зачастую бывали губительными для территориального государства. То, что является опорой на предыдущих этапах развития политической организации, всегда служит (и всегда служило) помехой и препятствием для каждого нового, поступательного развития политического полновластия. И так происходит потому, что однажды мобилизованные, человеческие виды преданности плохо поддаются изменению. Та же лояльность, которая делает возможной эволюцию племени, затрудняет эволюцию сверхплемени – территориального государства. И та же преданность (патриотизм), благодаря которой возможна эволюция территориального государства, чрезвычайно усложняет эволюционное развитие правительства всего человечества.
[134:5.9] Political sovereignty is created out of the surrender of self-determinism, first by the individual within the family and then by the families and clans in relation to the tribe and larger groupings. This progressive transfer of self-determination from the smaller to ever larger political organizations has generally proceeded unabated in the East since the establishment of the Ming and the Mogul dynasties. In the West it obtained for more than a thousand years right on down to the end of the World War, when an unfortunate retrograde movement temporarily reversed this normal trend by re-establishing the submerged political sovereignty of numerous small groups in Europe.
Политическое полновластие создаётся из отказа от самоопределения – сначала индивидуума в пределах семьи, затем – семей и кланов по отношению к племени и более крупным группам. В целом, эта постепенная передача самоопределения от меньших групп ко всё более крупным политическим организациям протекала на Востоке с неослабевающей силой со времени появления династий Мин и Моголов. На Западе этот процесс продолжался более тысячелетия, вплоть до окончания мировой войны, когда прискорбное ретроградное движение на время нарушило эту нормальную тенденцию, возродив исчезнувшее политическое полновластие многочисленных малых групп в Европе.
[134:5.10] Urantia will not enjoy lasting peace until the so-called sovereign nations intelligently and fully surrender their sovereign powers into the hands of the brotherhood of men – mankind government. Internationalism – Leagues of Nations – can never bring permanent peace to mankind. World-wide confederations of nations will effectively prevent minor wars and acceptably control the smaller nations, but they will not prevent world wars nor control the three, four, or five most powerful governments. In the face of real conflicts, one of these world powers will withdraw from the League and declare war. You cannot prevent nations going to war as long as they remain infected with the delusional virus of national sovereignty. Internationalism is a step in the right direction. An international police force will prevent many minor wars, but it will not be effective in preventing major wars, conflicts between the great military governments of earth.
Прочный мир воцарится на Урантии только тогда, когда так называемые полновластные нации благоразумно и полностью передадут свою суверенную власть в руки братства людей – общечеловеческому правительству. Интернационализм – Лига Наций – никогда не сможет дать человечеству прочного мира. Всемирные союзы наций смогут успешно предупреждать локальные войны и удовлетворительно контролировать малые нации, но они не предотвратят мировых войн, как не смогут они контролировать три, четыре или пять сильнейших правительств. Перед лицом настоящих конфликтов, одна из этих мировых держав выйдет из Лиги Наций и объявит войну. Невозможно избежать войн до тех пор, пока нации заражены обманчивым вирусом национальной суверенности. Интернационализм является шагом в правильном направлении. Международные полицейские силы смогут предотвратить многие малые войны, однако они будут неэффективными для предотвращения крупных войн – конфликтов между великими военными державами земли.
[134:5.11] As the number of truly sovereign nations (great powers) decreases, so do both opportunity and need for mankind government increase. When there are only a few really sovereign (great) powers, either they must embark on the life and death struggle for national (imperial) supremacy, or else, by voluntary surrender of certain prerogatives of sovereignty, they must create the essential nucleus of supernational power which will serve as the beginning of the real sovereignty of all mankind.
По мере сокращения числа действительно полновластных наций (великих держав), увеличивается как возможность, так и потребность в общечеловеческом правительстве. Когда существуют лишь несколько действительно полновластных (великих) держав, то они должны либо вступить в смертельную борьбу за национальное (имперское) превосходство, либо – за счёт добровольной передачи некоторых прерогатив полновластия – создать принципиальное ядро сверх-государственной державы, которая послужит началом реального полновластия всего человечества.

[134:5.12] Peace will not come to Urantia until every so-called sovereign nation surrenders its power to make war into the hands of a representative government of all mankind. Political sovereignty is innate with the peoples of the world. When all the peoples of Urantia create a world government, they have the right and the power to make such a government SOVEREIGN; and when such a representative or democratic world power controls the world’s land, air, and naval forces, peace on earth and good will among men can prevail – but not until then.
Мир придёт на Урантию только после того, когда так называемые суверенные государства передадут право ведения военных действий уполномоченному общечеловеческому правительству. Политическое полновластие присуще народам мира. Когда все народы Урантии создадут мировое правительство, у них будет право и возможность сделать такое правительство ПОЛНОВЛАСТНЫМ; и только тогда, когда такая представительная, или демократическая мировая власть будет контролировать все сухопутные, воздушные и морские силы, возобладает мир на земле и добрая воля среди людей.
[134:5.13] To use an important nineteenth- and twentieth-century illustration: The forty-eight states of the American Federal Union have long enjoyed peace. They have no more wars among themselves. They have surrendered their sovereignty to the federal government, and through the arbitrament of war, they have abandoned all claims to the delusions of self-determination. While each state regulates its internal affairs, it is not concerned with foreign relations, tariffs, immigration, military affairs, or interstate commerce. Neither do the individual states concern themselves with matters of citizenship. The forty-eight states suffer the ravages of war only when the federal government’s sovereignty is in some way jeopardized.
Воспользуемся важным примером девятнадцатого и двадцатого веков: сорок восемь штатов Американской Федерации уже давно живут в мире. Они более не ведут междоусобных войн. Они передали своё полновластие федеральному правительству и, используя суд для решения конфликтов, отказались от любых притязаний на иллюзорное самоопределение. Каждый штат решает свои внутренние дела, тогда как международные отношения, тарифы, иммиграция, военные дела или торговля между штатами не входят в его компетенцию. Не занимаются отдельные штаты и вопросами гражданства. Сорок восемь штатов страдают от разрушительных последствий войны только тогда, когда возникает угроза полновластию федерального государства.

[134:5.14] These forty-eight states, having abandoned the twin sophistries of sovereignty and self-determination, enjoy interstate peace and tranquillity. So will the nations of Urantia begin to enjoy peace when they freely surrender their respective sovereignties into the hands of a global government – the sovereignty of the brotherhood of men. In this world state the small nations will be as powerful as the great, even as the small state of Rhode Island has its two senators in the American Congress just the same as the populous state of New York or the large state of Texas.
Отказавшись от однотипных заблуждений – полновластия и самоопределения – сорок восемь штатов сохраняют мир между штатами и покой в отношениях между ними. Так и нации Урантии начнут обретать мир, когда они добровольно передадут своё полновластие глобальному правительству – полновластию братства людей. В таком мире малые нации будут столь же могущественными, сколь и великие – подобно тому, как маленький штат Род-Айленд представлен двумя сенаторами в американском конгрессе, так же как и густонаселённый штат Нью-Йорк или крупный штат Техас.
[134:5.15] The limited (state) sovereignty of these forty-eight states was created by men and for men. The superstate (national) sovereignty of the American Federal Union was created by the original thirteen of these states for their own benefit and for the benefit of men. Sometime the supernational sovereignty of the planetary government of mankind will be similarly created by nations for their own benefit and for the benefit of all men.
Ограниченное (в рамках штата) полновластие таких сорока восьми штатов было создано людьми и для людей. Федеральное (государственное) полновластие Американской Федерации было создано тринадцатью первыми штатами для их собственной пользы и для пользы людей. Когда-нибудь сверх-государственное полновластие планетарного правительства всего человечества будет также создано нациями для их собственной пользы и для пользы всех людей.
[134:5.16] Citizens are not born for the benefit of governments; governments are organizations created and devised for the benefit of men. There can be no end to the evolution of political sovereignty short of the appearance of the government of the sovereignty of all men. All other sovereignties are relative in value, intermediate in meaning, and subordinate in status.
Граждане не рождаются для того, чтобы приносить пользу правительствам; правительства представляют собой организации, которые создаются и предназначаются для пользы людей. Эволюция политического полновластия завершается только с появлением управления, обеспечивающего полновластие всех людей. Все остальные виды полновластия являются относительными по своей ценности, промежуточными по своему смыслу и подчинёнными по своему статусу.
[134:5.17] With scientific progress, wars are going to become more and more devastating until they become almost racially suicidal. How many world wars must be fought and how many leagues of nations must fail before men will be willing to establish the government of mankind and begin to enjoy the blessings of permanent peace and thrive on the tranquillity of good will – world-wide good will – among men?
С развитием научного прогресса войны будут становиться всё более и более разрушительными, пока не поставят под угрозу само существование человеческого рода. Сколько мировых войн должно вспыхнуть, сколько лиг наций должно пасть, прежде чем люди будут готовы создать правительство для всего человечества, начнут вкушать блага постоянного мира и придут к спокойствию, основанному на доброй воле среди людей всего мира?

6. LAW, LIBERTY, AND SOVEREIGNTY

6. ЗАКОН, СВОБОДА И СУВЕРЕННОСТЬ

[134:6.1] If one man craves freedom – liberty – he must remember that all other men long for the same freedom. Groups of such liberty-loving mortals cannot live together in peace without becoming subservient to such laws, rules, and regulations as will grant each person the same degree of freedom while at the same time safeguarding an equal degree of freedom for all of his fellow mortals. If one man is to be absolutely free, then another must become an absolute slave. And the relative nature of freedom is true socially, economically, and politically. Freedom is the gift of civilization made possible by the enforcement of LAW.
Если один человек стремится к независимости – свободе, – то он должен помнить, что к такой же свободе стремятся и все другие люди. Подобные группы свободолюбивых смертных смогут жить вместе в мире, только подчиняясь таким законам, правилам и предписаниям, которые предоставляют каждому человеку одинаковую степень свободы, одновременно с этим гарантируя равную степень свободы для всех его смертных собратьев. Если один человек станет абсолютно свободным, то другой с необходимостью должен стать абсолютным рабом. И относительная сущность свободы истинна в социальном, экономическом и политическом планах. Свобода есть дар цивилизации, ставший возможным благодаря применению ЗАКОНА.
[134:6.2] Religion makes it spiritually possible to realize the brotherhood of men, but it will require mankind government to regulate the social, economic, and political problems associated with such a goal of human happiness and efficiency.
Религия создаёт духовные условия для претворения братства людей, однако для регулирования социальных, экономических и политических проблем, связанных с достижением такой цели человеческого счастья и эффективности потребуется общечеловеческое правительство.
[134:6.3] There shall be wars and rumors of wars – nation will rise against nation – just as long as the world’s political sovereignty is divided up and unjustly held by a group of nation-states. England, Scotland, and Wales were always fighting each other until they gave up their respective sovereignties, reposing them in the United Kingdom.
До тех пор, пока политическая суверенность в этом мире поделена группой наций-государств и несправедливо удерживается ими, войны и толки о войнах сохранятся – одна нация будет идти войной на другую. Англия, Шотландия и Уэльс всегда враждовали, пока не отказались от суверенности, передав её Соединённому Королевству.
[134:6.4] Another world war will teach the so-called sovereign nations to form some sort of federation, thus creating the machinery for preventing small wars, wars between the lesser nations. But global wars will go on until the government of mankind is created. Global sovereignty will prevent global wars – nothing else can.
Очередная мировая война заставит так называемые суверенные государства сформировать федерацию, которая станет механизмом для предупреждения малых войн – войн между малыми нациями. Однако глобальные войны будут продолжаться до тех пор, пока не будет создано общечеловеческое правительство. Только глобальная суверенность сможет предотвратить глобальные войны – ничто иное.
[134:6.5] The forty-eight American free states live together in peace. There are among the citizens of these forty-eight states all of the various nationalities and races that live in the ever-warring nations of Europe. These Americans represent almost all the religions and religious sects and cults of the whole wide world, and yet here in North America they live together in peace. And all this is made possible because these forty-eight states have surrendered their sovereignty and have abandoned all notions of the supposed rights of self-determination.
Сорок восемь американских свободных штатов живут вместе в мире. Среди граждан этих сорока восьми штатов есть представители всех национальностей и рас, которые живут в вечно воюющих государствах Европы. Эти американцы представляют почти все существующие в мире религии, религиозные секты и культы, и несмотря на это, здесь, в Северной Америке, они мирно уживаются друг с другом. И всё это стало возможным благодаря тому, что эти сорок восемь штатов отказались от своей суверенности и каких-либо притязаний на мнимое право самоопределения.
[134:6.6] It is not a question of armaments or disarmament. Neither does the question of conscription or voluntary military service enter into these problems of maintaining world-wide peace. If you take every form of modern mechanical armaments and all types of explosives away from strong nations, they will fight with fists, stones, and clubs as long as they cling to their delusions of the divine right of national sovereignty.
Дело не в вооружении или разоружении. Не связаны с проблемой сохранения мира во всём мире и вопросы обязательного призыва или вольного найма на военную службу. Если у сильных наций отобрать все виды современной военной техники и все виды взрывчатых веществ, они будут драться при помощи кулаков, камней и палок до тех пор, пока будут цепляться за свои заблуждения – представление о том, что национальная суверенность является их божественным правом.
[134:6.7] War is not man’s great and terrible disease; war is a symptom, a result. The real disease is the virus of national sovereignty.
Не война является тяжёлым и страшным заболеванием человека; война – это симптом, следствие. Настоящим заболеванием является вирус национальной суверенности.
[134:6.8] Urantia nations have not possessed real sovereignty; they never have had a sovereignty which could protect them from the ravages and devastations of world wars. In the creation of the global government of mankind, the nations are not giving up sovereignty so much as they are actually creating a real, bona fide, and lasting world sovereignty which will henceforth be fully able to protect them from all war. Local affairs will be handled by local governments; national affairs, by national governments; international affairs will be administered by global government.
Урантийские нации никогда не обладали настоящей суверенностью – такой, которая могла бы стать защитой от разрушительного, опустошающего действия мировых войн. Создавая глобальное общечеловеческое правительство, нации не столько отказываются от своей суверенности, сколько создают реальную, настоящую и прочную общемировую суверенность, которая сможет стать их всесторонней защитой от любых войн. Местные вопросы будут решаться местными правительствами; национальные дела – национальными правительствами; международные отношения будут находиться в ведении глобального правительства.
[134:6.9] World peace cannot be maintained by treaties, diplomacy, foreign policies, alliances, balances of power, or any other type of makeshift juggling with the sovereignties of nationalism. World law must come into being and must be enforced by world government – the sovereignty of all mankind.
Мир во всём мире невозможно поддерживать с помощью договоров, дипломатии, международной политики, союзов, баланса сил или любых других паллиативных перетасовок национальной суверенности. Мировой закон должен создаваться и осуществляться мировым правительством, выражающим суверенность всего человечества.
[134:6.10] The individual will enjoy far more liberty under world government. Today, the citizens of the great powers are taxed, regulated, and controlled almost oppressively, and much of this present interference with individual liberties will vanish when the national governments are willing to trustee their sovereignty as regards international affairs into the hands of global government.
При всемирном правительстве индивидуум будет обладать значительно большей свободой. Налогообложение, предписания и контроль, которым подвергаются сегодня граждане великих держав, отличаются едва ли не деспотичностью. Многие из нынешних посягательств на индивидуальные свободы исчезнут, когда национальные правительства будут готовы доверить свою суверенность в области международных отношений глобальному правительству.
[134:6.11] Under global government the national groups will be afforded a real opportunity to realize and enjoy the personal liberties of genuine democracy. The fallacy of self-determination will be ended. With global regulation of money and trade will come the new era of world-wide peace. Soon may a global language evolve, and there will be at least some hope of sometime having a global religion – or religions with a global viewpoint.
При глобальном управлении национальные группы получат реальную возможность претворять в жизнь и пользоваться личными свободами, присущими подлинной демократии. Обману самоопределения придёт конец. С глобальным регулированием финансов и торговли настанет новая эра всеобщего мира. Вскоре сможет появиться общемировой язык, и забрезжит надежда на появление глобальной религии – или религий с глобальным подходом.
[134:6.12] Collective security will never afford peace until the collectivity includes all mankind.
Коллективная безопасность принесёт мир только тогда, когда под коллективом будет пониматься всё человечество.
[134:6.13] The political sovereignty of representative mankind government will bring lasting peace on earth, and the spiritual brotherhood of man will forever insure good will among all men. And there is no other way whereby peace on earth and good will among men can be realized.
Политическая суверенность представительного общечеловеческого правительства обеспечит прочный мир на земле, и духовное братство навсегда станет гарантией доброй воли между людьми. И иного пути для достижения мира на земле и доброй воли между людьми не существует.

* * *

[134:6.14] After the death of Cymboyton, his sons encountered great difficulties in maintaining a peaceful faculty. The repercussions of Jesus’ teachings would have been much greater if the later Christian teachers who joined the Urmia faculty had exhibited more wisdom and exercised more tolerance.
После смерти Кимбойтона его сыновья столкнулись с огромными трудностями, пытаясь сохранить мир среди учителей. Последствия учений Иисуса были бы намного значительней, если бы христианские учителя, появившиеся позднее среди лекторов Урмии, проявили больше мудрости и терпимости.
[134:6.15] Cymboyton’s eldest son had appealed to Abner at Philadelphia for help, but Abner’s choice of teachers was most unfortunate in that they turned out to be unyielding and uncompromising. These teachers sought to make their religion dominant over the other beliefs. They never suspected that the oft-referred-to lectures of the caravan conductor had been delivered by Jesus himself.
Старший сын Кимбойтона обратился за помощью в Филадельфию, к Абнеру, однако выбор учителей Абнером был крайне неудачным, ибо они оказались непреклонными и неспособными идти на компромиссы. Эти учителя стремились сделать свою религию господствующей над другими убеждениями. Они так и не догадались о том, что часто упоминаемые лекции проводника каравана были прочитаны самим Иисусом.
[134:6.16] As confusion increased in the faculty, the three brothers withdrew their financial support, and after five years the school closed. Later it was reopened as a Mithraic temple and eventually burned down in connection with one of their orgiastic celebrations.
Так как столкновения среди преподавателей только усиливались, трое братьев прекратили финансовую поддержку, и через пять лет школа была закрыта. Позднее она повторно открылась в качестве митраистского храма и, в конце концов, сгорела дотла при отправлении одного из оргиастических ритуалов.

7. THE THIRTY-FIRST YEAR (A.D. 25)

7. ТРИДЦАТЬ ПЕРВЫЙ ГОД (25 ГОД Н. Э.)

[134:7.1] When Jesus returned from the journey to the Caspian Sea, he knew that his world travels were about finished. He made only one more trip outside of Palestine, and that was into Syria. After a brief visit to Capernaum, he went to Nazareth, stopping over a few days to visit. In the middle of April he left Nazareth for Tyre. From there he journeyed on north, tarrying for a few days at Sidon, but his destination was Antioch.
Когда Иисус вернулся из путешествия к Каспийскому морю, он знал, что его странствия подходят к концу. Он предпринял последнее путешествие за пределы Палестины – в Сирию. После короткой остановки в Капернауме, он отправился на несколько дней в Назарет. В середине апреля он вышел из Назарета в Тир. Оттуда он продолжил путь на север, задержавшись на несколько дней в Сидоне, однако местом его назначения была Антиохия.
[134:7.2] This is the year of Jesus’ solitary wanderings through Palestine and Syria. Throughout this year of travel he was known by various names in different parts of the country: the carpenter of Nazareth, the boatbuilder of Capernaum, the scribe of Damascus, and the teacher of Alexandria.
Этот год стал временем одиночных странствий Иисуса по Палестине и Сирии. В течение этого времени, проведённого в путешествиях, в разных частях страны его знали под различными именами: плотник из Назарета, корабельщик из Капернаума, книжник из Дамаска и учитель из Александрии.
[134:7.3] At Antioch the Son of Man lived for over two months, working, observing, studying, visiting, ministering, and all the while learning how man lives, how he thinks, feels, and reacts to the environment of human existence. For three weeks of this period he worked as a tentmaker. He remained longer in Antioch than at any other place he visited on this trip. Ten years later, when the Apostle Paul was preaching in Antioch and heard his followers speak of the doctrines of the Damascus scribe, he little knew that his pupils had heard the voice, and listened to the teachings, of the Master himself.
В Антиохии Сын Человеческий пробыл более двух месяцев, в течение которых он работал, наблюдал, исследовал, беседовал, помогал и одновременно с этим изучал, как человек живёт, как он думает, чувствует и реагирует на то, что его окружает в жизни. В течение трёх недель он занимался изготовлением палаток. Он задержался в Антиохии дольше, чем в других местах, где останавливался во время своего путешествия. Десятью годами позже, когда апостол Павел выступал с проповедями в Антиохии, он слышал, как его последователи говорили об учениях дамасского книжника, однако он и не подозревал, что его ученики слышали голос и внимали наставлениям самого Учителя.
[134:7.4] From Antioch Jesus journeyed south along the coast to Caesarea, where he tarried for a few weeks, continuing down the coast to Joppa. From Joppa he traveled inland to Jamnia, Ashdod, and Gaza. From Gaza he took the inland trail to Beersheba, where he remained for a week.
Из Антиохии Иисус добрался по берегу моря до Кесарии, где он задержался на несколько недель, после чего продолжил путь на юг, в Иоппию. Из Иоппии он направился в глубь страны через Иамнию, Ашдод и Газу. Из Газы он отправился ещё дальше, в Беершиву, где провёл одну неделю.
[134:7.5] Jesus then started on his final tour, as a private individual, through the heart of Palestine, going from Beersheba in the south to Dan in the north. On this journey northward he stopped at Hebron, Bethlehem (where he saw his birthplace), Jerusalem (he did not visit Bethany), Beeroth, Lebonah, Sychar, Schecham, Samaria, Geba, En-Gannim, Endor, Madon; passing through Magdala and Capernaum, he journeyed on north; and passing east of the Waters of Merom, he went by Karahta to Dan, or Caesarea Philippi.
После этого Иисус отправился в своё последнее путешествие, предпринятое в качестве частного лица, пройдя через глубинные районы Палестины – от Беершивы на юге до Дана на севере. Во время этого путешествия на север он останавливался в Хевроне, Вифлееме (где увидел место своего рождения), Иерусалиме (не заходя в Вифанию), Беерофе, Левоне, Сихаре, Сихеме, Самарии, Гиве, Ен-Ганниме, Ендоре и Мадоне; миновав Магдалу и Капернаум, он взял путь на север; и, пройдя к востоку от Меромских вод, он направился через Карату в Дан, или Кесарию Филиппову.
[134:7.6] The indwelling Thought Adjuster now led Jesus to forsake the dwelling places of men and betake himself up to Mount Hermon that he might finish his work of mastering his human mind and complete the task of effecting his full consecration to the remainder of his lifework on earth.
Внутренний Настройщик Мышления вёл теперь Иисуса прочь от человеческих поселений, к горе Ермон, где ему предстояло окончательно овладеть своим человеческим разумом и справиться с задачей, которая позволила бы ему целиком посвятить себя предстоящим свершениям в течение жизни на земле.
[134:7.7] This was one of those unusual and extraordinary epochs in the Master’s earth life on Urantia. Another and very similar one was the experience he passed through when alone in the hills near Pella just subsequent to his baptism. This period of isolation on Mount Hermon marked the termination of his purely human career, that is, the technical termination of the mortal bestowal, while the later isolation marked the beginning of the more divine phase of the bestowal. And Jesus lived alone with God for six weeks on the slopes of Mount Hermon.
Это был один из необычных и удивительных поворотных моментов в земной жизни Учителя на Урантии. Другим и очень похожим этапом стало то испытание, через которое он прошёл, находясь в одиночестве в горах неподалёку от Пеллы сразу же после своего крещения. Этот период уединения на горе Ермон ознаменовал собой завершение его чисто человеческой жизни – то есть, формальное завершение посвящения в облике смертного, – в то время как второе уединение стало началом более божественного этапа этого посвящения. И в течение шести недель Иисус жил наедине с Богом на склонах горы Ермон.

8. THE SOJOURN ON MOUNT HERMON

8. ПРЕБЫВАНИЕ НА ГОРЕ ЕРМОН

[134:8.1] After spending some time in the vicinity of Caesarea Philippi, Jesus made ready his supplies, and securing a beast of burden and a lad named Tiglath, he proceeded along the Damascus road to a village sometime known as Beit Jenn in the foothills of Mount Hermon. Here, near the middle of August, A.D. 25, he established his headquarters, and leaving his supplies in the custody of Tiglath, he ascended the lonely slopes of the mountain. Tiglath accompanied Jesus this first day up the mountain to a designated point about 6,000 feet above sea level, where they built a stone container in which Tiglath was to deposit food twice a week.
Проведя некоторое время в окрестностях Кесарии Филипповой, Иисус приготовил всё необходимое и, взяв с собой вьючное животное, в сопровождении юноши по имени Тиглаф, направился по дамасской дороге к деревне, известной в своё время под названием Бейт-Иенн и располагавшейся у подножья горы Ермон. Здесь, примерно в середине августа 25 года н. э., он устроил лагерь и, оставив провиант на попечение Тиглафа, поднялся по пустынным склонам горы. В первый день Тиглаф сопровождал Иисуса до определённого места, находившегося на высоте около 6.000 футов над уровнем моря, где они соорудили укрытие из камней, в котором Тиглаф должен был оставлять еду два раза в неделю.
[134:8.2] The first day, after he had left Tiglath, Jesus had ascended the mountain only a short way when he paused to pray. Among other things he asked his Father to send back the guardian seraphim to «be with Tiglath.» He requested that he be permitted to go up to his last struggle with the realities of mortal existence alone. And his request was granted. He went into the great test with only his indwelling Adjuster to guide and sustain him.
В первый день, покинув Тиглафа, Иисус, лишь немного поднявшись по склону горы, остановился для молитвы. Среди прочего, он попросил Отца, чтобы тот отослал серафиму-хранителя назад «остаться с Тиглафом». Он попросил, чтобы ему было позволено приступить к его последней битве с реальностями смертного существования в одиночестве. И его просьба была удовлетворена. Он приступил к великому испытанию, опираясь на руководство и поддержку одного только внутреннего Настройщика.

[134:8.3] Jesus ate frugally while on the mountain; he abstained from all food only a day or two at a time. The superhuman beings who confronted him on this mountain, and with whom he wrestled in spirit, and whom he defeated in power, were real; they were his archenemies in the system of Satania; they were not phantasms of the imagination evolved out of the intellectual vagaries of a weakened and starving mortal who could not distinguish reality from the visions of a disordered mind.
Во время своего пребывания на горе Иисус питался умеренно; каждый раз, когда он воздерживался от еды, это продолжалось не более одного-двух дней. Сверхчеловеческие существа, противостоявшие ему на этой горе, – существа, с которыми он боролся в духе и которым нанёс поражение в могуществе, – были реальными; они являлись его заклятыми врагами в системе Сатания; они не были фантомами воображения, возникшими из-за неустойчивости интеллекта ослабленного и голодающего смертного, неспособного отличить реальность от видений расстроенного разума.
[134:8.4] Jesus spent the last three weeks of August and the first three weeks of September on Mount Hermon. During these weeks he finished the mortal task of achieving the circles of mind-understanding and personality-control. Throughout this period of communion with his heavenly Father the indwelling Adjuster also completed the assigned services. The mortal goal of this earth creature was there attained. Only the final phase of mind and Adjuster attunement remained to be consummated.
Иисус провёл на горе Ермон три последние недели августа и три первые недели сентября. В течение этих недель он выполнил смертную задачу достижения кругов понимания со стороны разума и контроля со стороны личности. В этот период общения с небесным Отцом внутренний Настройщик также завершил необходимое служение. Здесь была достигнута смертная цель этого земного создания. Незавершённой оставалась только окончательная стадия согласования разума и Настройщика.
[134:8.5] After more than five weeks of unbroken communion with his Paradise Father, Jesus became absolutely assured of his nature and of the certainty of his triumph over the material levels of time-space personality manifestation. He fully believed in, and did not hesitate to assert, the ascendancy of his divine nature over his human nature.
Проведя более пяти недель в непрерывном общении со своим Райским Отцом, Иисус обрёл абсолютную уверенность в своей сущности и убеждение в своей победе над материальными уровнями пространственно-временного проявления личности. Он всецело верил в господство своей божественной сущности над своей человеческой природой и, не колеблясь, заявлял об этом.

[134:8.6] Near the end of the mountain sojourn Jesus asked his Father if he might be permitted to hold conference with his Satania enemies as the Son of Man, as Joshua ben Joseph. This request was granted. During the last week on Mount Hermon the great temptation, the universe trial, occurred. Satan (representing Lucifer) and the rebellious Planetary Prince, Caligastia, were present with Jesus and were made fully visible to him. And this «temptation,» this final trial of human loyalty in the face of the misrepresentations of rebel personalities, had not to do with food, temple pinnacles, or presumptuous acts. It had not to do with the kingdoms of this world but with the sovereignty of a mighty and glorious universe. The symbolism of your records was intended for the backward ages of the world’s childlike thought. And subsequent generations should understand what a great struggle the Son of Man passed through that eventful day on Mount Hermon.
К концу своего пребывания на горе Иисус спросил Отца, будет ли ему разрешено встретиться со своими врагами из системы Сатания как Сыну Человеческому, как Иешуа бен Иосифу. Его просьба была удовлетворена. Последняя неделя, проведённая на горе Ермон, стала временем великого искушения, вселенского испытания. Сатана (представлявший Люцифера) и мятежный Планетарный Князь Калигастия предстали перед Иисусом, для чего их сделали полностью видимыми для него. И это «искушение», это последнее испытание человеческой преданности перед лицом измышлений мятежных личностей не имело отношения ни к пище, ни к башням храма, ни к самонадеянным деяниям. Речь шла не о царствах этого мира, а о полновластии в могущественной и величественной вселенной. Символизм ваших письменных свидетельств предназначался для тех далёких эпох, когда в мире бытовали наивные представления. И последующие поколения должны понимать, какого огромного напряжения стоил Сыну Человеческому тот знаменательный день на горе Ермон.
[134:8.7] To the many proposals and counterproposals of the emissaries of Lucifer, Jesus only made reply: «May the will of my Paradise Father prevail, and you, my rebellious son, may the Ancients of Days judge you divinely. I am your Creator-father; I can hardly judge you justly, and my mercy you have already spurned. I commit you to the adjudication of the Judges of a greater universe.»
На многочисленные предложения и контрпредложения эмиссаров Люцифера Иисус отвечал только одно: «Пусть исполнится воля моего Отца, а тебя, мой мятежный сын, пусть божественно судят От Века Древние. Я – твой Создатель-отец; я едва ли способен судить тебя справедливо, а моё милосердие ты уже с презрением отверг. Я передаю тебя суду, который вершат Судьи более великой вселенной».
[134:8.8] To all the Lucifer-suggested compromises and makeshifts, to all such specious proposals about the incarnation bestowal, Jesus only made reply, «The will of my Father in Paradise be done.» And when the trying ordeal was finished, the detached guardian seraphim returned to Jesus’ side and ministered to him.
На все предложенные Люцифером компромиссы и паллиативы, на все лицемерные предложения, касавшиеся посвящения во плоти, Иисус отвечал только одно: «Да исполнится воля моего Райского Отца». И когда тяжёлое испытание осталось позади, освобождённая серафима-хранитель вернулась к Иисусу и служила ему.

[134:8.9] On an afternoon in late summer, amid the trees and in the silence of nature, Michael of Nebadon won the unquestioned sovereignty of his universe. On that day he completed the task set for Creator Sons to live to the full the incarnated life in the likeness of mortal flesh on the evolutionary worlds of time and space. The universe announcement of this momentous achievement was not made until the day of his baptism, months afterward, but it all really took place that day on the mountain. And when Jesus came down from his sojourn on Mount Hermon, the Lucifer rebellion in Satania and the Caligastia secession on Urantia were virtually settled. Jesus had paid the last price required of him to attain the sovereignty of his universe, which in itself regulates the status of all rebels and determines that all such future upheavals (if they ever occur) may be dealt with summarily and effectively. Accordingly, it may be seen that the so-called «great temptation» of Jesus took place some time before his baptism and not just after that event.
В один из дней позднего лета, пополудни, в тишине окружавших деревьев, Майкиэль Небадонский завоевал статус неоспоримого властелина своей вселенной. В тот день он завершил выполнение задачи, поставленной перед Сынами-Создателями – прожить полноценную жизнь в облике смертного на эволюционном пространственно-временном мире. Вселенское оповещение этого важного достижения состоялось только в день его крещения, несколько месяцев спустя, однако в действительности всё это произошло именно в тот день на горе. И когда Иисус завершил своё пребывание на горе Ермон, восстание Люцифера в Сатании и мятеж Калигастии на Урантии были практически ликвидированы. Иисус выполнил последнее условие обретения полновластия в своей вселенной, что само по себе определяет статус всех мятежников и устанавливает, что в будущем все аналогичные бунты (если они когда-либо произойдут) смогут прекращаться быстро и эффективно. Отсюда видно, что так называемое «великое искушение» Иисуса имело место не сразу же после крещения, а за некоторое время до него.
[134:8.10] At the end of this sojourn on the mountain, as Jesus was making his descent, he met Tiglath coming up to the rendezvous with food. Turning him back, he said only: «The period of rest is over; I must return to my Father’s business.» He was a silent and much changed man as they journeyed back to Dan, where he took leave of the lad, giving him the donkey. He then proceeded south by the same way he had come, to Capernaum.
В конце своего пребывания на горе Иисус, спускаясь вниз, встретил Тиглафа, который нёс еду в условленное место. Отправляя его назад, он сказал только: «Время отдыха закончено; я должен вернуться к делу своего Отца». Это был молчаливый и сильно изменившийся человек. Они вернулись в Дан, где Иисус покинул юношу, оставив ему осла. После этого он направился на юг, в Капернаум, тем же путём, каким пришёл сюда.

9. THE TIME OF WAITING

9. ВРЕМЯ ОЖИДАНИЯ

[134:9.1] It was now near the end of the summer, about the time of the day of atonement and the feast of tabernacles. Jesus had a family meeting in Capernaum over the Sabbath and the next day started for Jerusalem with John the son of Zebedee, going to the east of the lake and by Gerasa and on down the Jordan valley. While he visited some with his companion on the way, John noted a great change in Jesus.
Лето подходило к концу; приближался день искупления и праздник кущей. В субботу Иисус провёл в Капернауме семейный совет и на следующий день отправился в Иерусалим вместе с Иоанном, сыном Зеведея, обойдя озеро с востока, через Герасу, и продолжив путь долиной Иордана. Во время разговора с некоторыми из своих попутчиков, Иоанн заметил в нём огромную перемену.
[134:9.2] Jesus and John stopped overnight at Bethany with Lazarus and his sisters, going early the next morning to Jerusalem. They spent almost three weeks in and around the city, at least John did. Many days John went into Jerusalem alone while Jesus walked about over the near-by hills and engaged in many seasons of spiritual communion with his Father in heaven.
Иисус и Иоанн заночевали в Вифании у Лазаря и его сестёр, а на следующий день, ранним утром, отправились в Иерусалим. Они провели в городе и его окрестностях почти три недели – во всяком случае, Иоанн. Много раз Иоанн отправлялся в город один, а Иисус бродил по соседним холмам и часто предавался духовному общению со своим небесным Отцом.
[134:9.3] Both of them were present at the solemn services of the day of atonement. John was much impressed by the ceremonies of this day of all days in the Jewish religious ritual, but Jesus remained a thoughtful and silent spectator. To the Son of Man this performance was pitiful and pathetic. He viewed it all as misrepresentative of the character and attributes of his Father in heaven. He looked upon the doings of this day as a travesty upon the facts of divine justice and the truths of infinite mercy. He burned to give vent to the declaration of the real truth about his Father’s loving character and merciful conduct in the universe, but his faithful Monitor admonished him that his hour had not yet come. But that night, at Bethany, Jesus did drop numerous remarks which greatly disturbed John; and John never fully understood the real significance of what Jesus said in their hearing that evening.
Оба они присутствовали на торжественном богослужении в день искупления. Из всех дней еврейского религиозного календаря этот день произвёл на Иоанна самое сильное впечатление, но Иисус оставался задумчивым и молчаливым зрителем. Для Сына Человеческого это зрелище было жалким и достойным сожаления. Он рассматривал всё это как искажение характера и отличительных черт своего небесного Отца. Для него события этого дня были карикатурным представлением фактов божественного правосудия и истин бесконечного милосердия. Он горел желанием провозгласить подлинную истину о любвеобильном характере Отца, о его милосердном руководстве вселенной, но верный Наставник предупредил, что его час ещё не пробил. Однако вечером, в Вифании, Иисус всё же обронил несколько замечаний, чрезвычайно обеспокоивших Иоанна; и Иоанн так никогда в полной мере и не понял реальной значимости всего сказанного Иисусом в тот вечер.
[134:9.4] Jesus planned to remain throughout the week of the feast of tabernacles with John. This feast was the annual holiday of all Palestine; it was the Jewish vacation time. Although Jesus did not participate in the merriment of the occasion, it was evident that he derived pleasure and experienced satisfaction as he beheld the lighthearted and joyous abandon of the young and the old.
Иисус собирался провести всю неделю, на которую пришёлся праздник кущей, вместе с Иоанном. Этот праздник ежегодно отмечался по всей Палестине; в это время евреи отдыхали. Хотя Иисус не принимал участия в весельях, устраиваемых по этому поводу, он явно получал удовольствие и испытывал удовлетворение, наблюдая за беззаботностью и весельем, которым предавались все люди – и стар, и млад.
[134:9.5] In the midst of the week of celebration and ere the festivities were finished, Jesus took leave of John, saying that he desired to retire to the hills where he might the better commune with his Paradise Father. John would have gone with him, but Jesus insisted that he stay through the festivities, saying: «It is not required of you to bear the burden of the Son of Man; only the watchman must keep vigil while the city sleeps in peace.» Jesus did not return to Jerusalem. After almost a week alone in the hills near Bethany, he departed for Capernaum. On the way home he spent a day and a night alone on the slopes of Gilboa, near where King Saul had taken his life; and when he arrived at Capernaum, he seemed more cheerful than when he had left John in Jerusalem.
В середине праздничной недели, до завершения празднеств, Иисус покинул Иоанна, сказав ему, что желает удалиться в горы, где он мог бы с большим успехом общаться со своим Райским Отцом. Иоанн хотел отправиться вместе с ним, однако Иисус настоял на том, чтобы тот провёл здесь всю праздничную неделю, сказав: «От тебя не требуется нести бремя Сына Человеческого; только стражник должен бодрствовать, когда город мирно спит». Иисус не вернулся в Иерусалим. Пробыв в одиночестве почти неделю в горах неподалёку от Вифании, он отправился в Капернаум. По пути домой он провёл день и ночь в одиночестве на склонах Гелвуя, неподалёку от того места, где покончил с собой царь Саул; и когда он прибыл в Капернаум, он казался более весёлым, чем при расставании с Иоанном в Иерусалиме.
[134:9.6] The next morning Jesus went to the chest containing his personal effects, which had remained in Zebedee’s workshop, put on his apron, and presented himself for work, saying, «It behooves me to keep busy while I wait for my hour to come.» And he worked several months, until January of the following year, in the boatshop, by the side of his brother James. After this period of working with Jesus, no matter what doubts came up to becloud James’s understanding of the lifework of the Son of Man, he never again really and wholly gave up his faith in the mission of Jesus.
На следующее утро Иисус подошёл к сундуку, который оставался в мастерской Зеведея и в котором хранилось его личное имущество, надел свой фартук и взялся за работу, сказав: «Мне следует заняться делом в ожидании своего часа». И он проработал в течение нескольких месяцев – до января следующего года – в лодочной мастерской вместе со своим братом Иаковом. Какие бы сомнения ни одолевали в будущем Иакова, когда он пытался осмыслить дело жизни Сына Человеческого, после этого периода работы с Иисусом он полностью уверовал в его миссию.
[134:9.7] During this final period of Jesus’ work at the boatshop, he spent most of his time on the interior finishing of some of the larger craft. He took great pains with all his handiwork and seemed to experience the satisfaction of human achievement when he had completed a commendable piece of work. Though he wasted little time upon trifles, he was a painstaking workman when it came to the essentials of any given undertaking.
В течение этого завершающего периода работы в лодочной мастерской большую часть своего времени Иисус тратил на внутреннюю отделку некоторых более крупных лодок. Он с большим усердием выполнял всю ручную работу и, потрудившись на славу, получал явное удовлетворение от того, чего он добивался как человек. Хотя он почти не тратил времени на мелочи, он был старательным работником, когда дело касалось сути любого начинания.

[134:9.8] As time passed, rumors came to Capernaum of one John who was preaching while baptizing penitents in the Jordan, and John preached: «The kingdom of heaven is at hand; repent and be baptized.» Jesus listened to these reports as John slowly worked his way up the Jordan valley from the ford of the river nearest to Jerusalem. But Jesus worked on, making boats, until John had journeyed up the river to a point near Pella in the month of January of the next year, A.D. 26, when he laid down his tools, declaring, «My hour has come,» and presently presented himself to John for baptism.
Со временем до Капернаума дошли слухи о некоем Иоанне, который крестил кающихся грешников в Иордане, проповедуя: «Приблизилось царство небесное; покайтесь и креститесь». Иисус слушал эти сообщения об Иоанне, который медленно продвигался на север по долине Иордана от ближайшей к Иерусалиму речной переправы. Но он продолжал работать, строя лодки, до тех пор, пока в январе 26 года н. э. Иоанн не поднялся до того места реки, которое находилось неподалёку от Пеллы. Тогда Иисус сложил свои инструменты и заявил: «Моё время исполнилось». Вскоре после этого он предстал перед Иоанном для крещения.
[134:9.9] But a great change had been coming over Jesus. Few of the people who had enjoyed his visits and ministrations as he had gone up and down in the land ever subsequently recognized in the public teacher the same person they had known and loved as a private individual in former years. And there was a reason for this failure of his early beneficiaries to recognize him in his later role of public and authoritative teacher. For long years this transformation of mind and spirit had been in progress, and it was finished during the eventful sojourn on Mount Hermon.
Однако с Иисусом происходили огромные перемены. Мало кто из тех, кому довелось общаться с ним и воспользоваться его помощью в период его путешествий по стране, смог позднее узнать в публичном учителе того же человека, которого они знали и любили как частное лицо в прошлые годы. И неспособность прежних подопечных Иисуса узнать его в последующем облике влиятельного учителя имела своё объяснение: трансформация его разума и духа продолжалась на протяжении многих лет и была завершена во время его незабываемого пребывания на горе Ермон.

Оставить комментарий

Войти с помощью: 

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.